Очнуться от сна. Депрессия помогла олимпийской чемпионке найти новое призвание

0
432

Очнуться от сна. Депрессия помогла олимпийской чемпионке найти новое призвание
Эллисон Шмитт

Олимпийская чемпионка Эллисон Шмитт рассказала, почему получает новое образование. Она хочет «учить, слушать, помогать и защищать тех, кто столкнулся с трудностями»

Трехкратная олимпийская чемпионка по плаванию Эллисон Шмитт следила за Играми в Пхенчхане с таким же волнением, как и остальной мир. Но для нее в этом был еще и элемент узнавания — «эмоциональная связь», по ее словам.

Обладательница восьми медалей, 27-летняя Шмитт понимает, что и эйфория, и разочарование неизбежны. Она знает и то, каким нелегким может быть резкое возвращение к реальности после Олимпиады.

Выиграв три золотые медали на Олимпиаде 2012 года в Лондоне, Шмитт ощутила всю тяжесть завершения Игр. То, что началось как трудный переход, переросло в жесточайшую депрессию и достигло своего пика в 2015 году, когда Шмитт неожиданно рассказала об этом репортеру Associated Press.

Ее история задела какие-то струны — она вышла в период, когда немногие олимпийские чемпионки так прямо и открыто рассказывали о своем душевном здоровье.

С тех пор она продолжает говорить от лица спортсменов и уже рассказывала свою историю сотни раз — в школах, на конференциях, на церемониях награждения, в новостях и социальных сетях — чтобы повысить уровень информированности о психическом здоровье. Сегодня она строит на этом новую карьеру и получает образование в области социальной работы, чтобы в будущем вооружать спортсменов девизом, которого придерживается сама: нормально быть не в порядке.

«Возвращение к обычной жизни и отсутствие вокруг вас членов команды и спортсменов из других стран с теми же целями и мотивацией, что и у вас, столкновение с реальностью — это крупные перемены, независимо от того, выиграли вы или проиграли», — сказала Шмитт.

Эмоциональный спад встречается достаточно часто. Недавно олимпийский чемпион по лыжным гонкам Ник Гэппер сообщил, что думал о самоубийстве после Игр 2014 года в Сочи. Месяц назад Майкл Фелпс — один из ближайших друзей Шмитт — вновь рассказал о тяжелом периоде своей жизни после Лондона.

Что, если чувство подавленности не отступает? Вдруг психологические проблемы топовых спортсменов острее, чем мы думали? Что можно сделать?

Нарастает волна историй от звезд спорта об их внутренних переживаниях. И по мере того, как все больше ведущих спортсменов рассказывают о своих трудностях, история Шмитт выглядит пророчеством.

Переломный момент

Шмитт — веселая, общительная пловчиха ростом 185 см — приехала в родной Мичиган сразу после Лондона. Это стало началом почти трехлетней борьбы с депрессией.

Она растерялась в потоке всеобщего внимания. «Я вряд ли была готова столкнуться в миром и реальностью, — призналась она. – Я не была готова к тому, что люди знают обо мне. Случайные прохожие подходили ко мне на улице, шептались обо мне, зная, что я была олимпийской чемпионкой».

Она давала автографы и соглашалась на интервью, но ей все чаще казалось, что она задыхается под давлением толпы поклонников, возникшей в одночасье. Однажды Шмитт был так измотана фанатами, непрестанно говорившими о ее золотой медали, что спряталась в туалете, чтобы отдышаться. Ей хотелось сказать им: «Я обычный человек». Она начинала чувствовать себя роботом, единственные признаки которого — кусок металла и истории об олимпийской славе.

Шмитт ушла в себя. Она избегала друзей и родных. Она чаще срывалась. Она скрывала суицидальные мысли и никому о них не рассказывала.

Ее страдания вступали в противоречие с чувством благодарности за всеобщую поддержку и редкие возможности. Ее подавляло ощущение собственного удачливости. Ее грусть казалась проявлением инфантильности. Люди говорили, что она живет поразительной жизнью, так почему же ей было так тоскливо?

Несмотря на срыв она продолжала заниматься плаванием. «Спортсменов учат, что если мы преодолеем препятствия, мы станем сильнее, — сказал Шмитт. — Но в том же время жизнь намного сложнее и больше, чем это правило».

Фелпс заговорил с ней на встрече пловцов в начале 2015 года, когда он вернулся из реабилитационного центра. Он почувствовал, что она уже не та «Шмитти» и предложил помощь. «Я не выдержала и расплакалась, — сказала Шмитт. — Это был своего рода переломный момент».

Несколько месяцев спустя 17-летняя двоюродная сестра Шмитт Эйприл Босиан покончила с собой в результате скрытой борьбы с депрессией. Босиан была выдающейся баскетболисткой и успела привлечь внимание рекрутеров Первого дивизиона. Потрясенная горем, Шмитт не переставала спрашивать себя: «Как я могла не знать? Как мы могли об этом не поговорить?»

Поиск ответов — пусть и безнадежный — придал Шмитт решимости: «В тот момент я поняла, что нужно что-то менять».

Дух неуязвимости 

По оценке Национального института психического здоровья, в США от депрессии страдают 16,2 млн взрослых людей. Какое место здесь занимают топовые спортсмены — сложный и неоднозначный вопрос.

Некоторые эксперты утверждают, что спортсмены необязательно подвержены психическим заболеваниям больше, чем все остальные, а другие заявляют, что из-за недостатка исследований мы недооцениваем масштаб проблемы. Некоторые задаются вопросом: допустимо ли — если не абсурдно — применять к топовым спортсменам те же критерии, что и к населению в целом? В академическом исследовании, прошедшем оценку специалистов, говорится: «Нормальные правила неприменимы к не-нормальным людям, а топовые спортсмены по определению не являются «нормальными» с точки зрения средних показателей».

«Страдают ли спортсмены от депрессии чаще, чем остальные люди? Это сложный вопрос, — сказал Джен Картер, ведущий спортивный психолог Центра спортивной медицины Университета Огайо. — В спорте есть защитные факторы, такие как польза физической активности для психического здоровья, постановка целей и социальное одобрение. Однако увечья, чрезмерное давление и несбалансированный образ жизни могут повысить риск депрессии».

Меньше споров вызывает идея, что спортсмены реже обращаются за помощью. Клеймо слабости вызывает больший страх в спорте, где требуется и поощряется психическая устойчивость. «В спорте культивируется дух неуязвимости, — объясняет Картер. — Поэтому спортсмены с меньшей вероятностью сообщат о депрессии и других проблемах с психическим здоровьем».

Шмитт намерена уничтожить этой клеймо, дополнив личный опыт знаниями и специальной подготовкой. «Я могу говорить о [психическом здоровье], но у меня не было никакой информации, никакого образования». Она поступила в Университет Аризоны на факультет социальной работы — где собирается получить степень магистра — и планирует в будущем предоставлять индивидуальные консультации спортсменам, которые страдают от проблем с психическим здоровьем.

Кроме того, она хочет сотрудничать с командами, тренерами и родителями, чтобы оказывать более информированную и грамотную поддержку, и верит, что ее личный опыт поможет установить связь с молодыми людьми, которые страдают от одиночества.

«Многие выдающиеся терапевты испытывали то, что их испытывают их пациенты или клиенты. Я думаю, это позволит мне лучше их понять, — сказала Шмитт. — Если я смогу стать таким терапевтом для человека, который думает: «Меня никто здесь не понимает. Никто не понимает этого», значит удастся спасти еще одну жизнь».

У Шмитт есть и другая цель: она подтвердила, что собирается участвовать в Олимпиаде 2020 года в Токио, и — после почти двадцати лет в бассейне — она увлечена новыми перспективами. «Я благодарна за то, что снова могу участвовать в состязании, — сказала она. — Сейчас я понимаю, что делаю это из любви к спорту, команде и всему пути».

Перевод Натальи Балабанцевой